Архивы X-Ocean. Курилка, Юмор, байки Соревнования по пилотажу в Красной Поляне.
wisky
Гость
24 Янв 2002
Соревнования по пилотажу в Красной Поляне.
Заметки о первых соревнованиях по пилотажу,<BR>или 9 дней, которые трясли нас.<P>Вопреки всякому здравому смыслу первые соревнования по пилотажу в России прошли в Красной Поляне. Но сегодня это уже свершивший факт, а в рамках «Экстремальных игр» мероприятие оказалось весьма кстати.<BR>Благодарны за, это мы должны быть Николаю Шорохову, заманившего наивных пилотов халявным проездом с проживанием и компании «Альпиндустрия», поплатившейся за это своими денежками. Хитроумно приурочив соревнования к своему дню рождения, Шорохов убил стаю зайцев сразу.<P>День первый (он же второй).<P>«Господа, я вас поздравляю!» - произнес именинник фразу, ставшую эпохальной, и две ночи в поезде «Москва-Адлер» оказались серьезным испытанием для кошельков и здоровья доверчивых парапланерастов, сноубляйдеров и велосипедиков. Всю дорогу, без перерыва на сон, экстремальный вагон №9 честно повышал благосостояние населения железнодорожных станций закупками напитков и закуски. Они все время кончались.<BR>Положение о соревнованиях по парному пилотажу кропалось в поезде умами, подогретыми изрядным количеством алкогольных напитков. Некоторые пилоты знали об отдельных элементах программы лишь теоретически. Очевидно, уже двоящееся видение соавторов рисовало потрясающий синхронный пилотаж. Робкие замечания о малой вероятности одновременного старта обоих членов команды в зимних условиях «слива» были игнорированы. К счастью, «Положение» редактировалось трезвенником Матусевичем и всех устроило. Только Шорохов, как лицо ответственное, все время что-то бормотал о какой-то безопасности каких-то полетов.<BR>На одной из станций гардероб Паши Ершова (он же Пиф) понес первую утрату. Попытка сделать сальто из вагона превратила его штаны в не очень элегантные шорты. Позже выяснится, что это были лишь цветочки.<P>День третий.<P>Собачий холод и снег преследовали нас до самого Черного моря. Но, 12 декабря Адлер встретил нас теплом и крохотным ПАЗиком. Невероятным образом, целый вагон экстремалов со своим экстремальными дровами, тряпочками и железяками умудрился запихнуться в этот автобусик.<BR>Предусмотрительный Шорохов, вспомнив о своем дне рождения, настоял на остановке возле магазинчика «Эльдорадо». Гонцы вернулись с изрядным количеством пива и ПАЗик, распевая нашими дурными голосами «На ве-ло-си-педике вдвоем, педики вдвоем, педики вдвоем…», поехал.<BR>Завал камней на дороге задержал нас на пару часов. Они не были потрачены впустую. Тихие до этого велосипедисты выкатили своих железных коней по 5 штук зеленых. Особо отмороженные предприняли попытки спуска по отвесному скальнику. Еще вменяемые дурачились на шоссе. Живчик Пиф успел искупаться в речке.<BR>Пиво заканчивалось, но дорогу расчистили, и автобусик двинулся по потрясающей горной трассе ведущей к Красной Поляне.<BR>Турбаза «Горный воздух» приняла нас без оркестра, но гостеприимно. Во всяком случае, граненые стаканы в номерах были, а проблем с горячей водой у «туристов» почти не было.<BR>Когда все привели себя в относительный порядок, проявился Шорохов со своим – «Господа! …». И коллектив двинулся отмечать день рождение в ближайшее кафе…<P>День четвертый.<P>Как ни странно, 13 декабря в 8 утра практически все ожидали автобус на улице. Автобуса не было еще полчаса, но в 9 часов «спортсмены» стояли у подъемника, готовые на все.<BR>Трезво оценив обстановку, организаторы заставили всех экстремалов расписаться в ответственности за собственное здоровье и поведение.<BR>Погода благоприятствовала, и все отправились наверх. Уже на второй очереди подъемника начал накрапывать мерзкий дождик. Третья очередь преподнесла первый неприятный сюрприз. Она встала. Согласитесь, не очень приятно болтаться на высоте 20 метров, сознавая свою полную беспомощность. В итоге креселка пошла, но оч-ч-чень медленно и печально.<BR>Единственный кто стартовал в этот день, был вездесущий Ершов. Местные пилоты, наблюдая как его колбасило перед посадкой, по радио слезно просили остальных оказаться от полетов. К тому же внизу лил хороший дождь. Благоразумный Шорохов старт закрыл. Доверчивый Костромитин крыл Шорохова, так как по его настоянию оставил свою доску внизу. А снега наверху было предостаточно!<BR>Оставив «проклятых» сноубордистов наслаждаться жизнью, пилоты отправились наслаждаться в баре «Мюнхгаузен». Кстати, там отличная солянка. Однако путь вниз оказался настоящим экстримом.<BR>Проливной дождь не прекращался, а креселка все время останавливалась. Оставалось материться на всю канатку и успокаивать себя мыслью, что хоть параплан остался сухим. Остаток дня прошел с коньячком, в попытке обсохнуть и согреться у камина в приветливом «Мюнхгаузене». 13 число, однако!<BR>Добравшись до «Горного воздуха» и приняв прохладный душ, споенный коллектив пилотов и фрирайдеров попытался отужинать во вчерашнем кафе. Но хозяин, помня о нашем обещании вернуться, успел распустить кухню по домам. Пришлось отовариться в магазине и закусывать до глубокой ночи в родном «отеле» с гранеными стаканами. Воистину, не место красит человека!<P>День пятый.<P>Удивительно, но и 14 декабря в 8 утра все сидели в автобусе.<BR>Погода смилостивилась, и было решено разыграть первый день без тренировочных полетов. Начались «веселые старты».<BR>Стартовую площадку попытались укатать ратраками, но снега навалило сверх всякой нормы. Очень «помогал» на старте попутный ветерок. Даже умудрившись выставить купол, большинство проваливались по самое не балуйся, и бессильно наблюдали из сугроба как параплан плюхается впереди. Рекорд дня принадлежал Касперу. Мужчина - тринадцать (!) попыток улететь!<P>Стартовать с третьей очереди приходится в сторону креселки, до которой не наберется и сотни метров. Чтобы не развеситься на тросах рекомендуется сразу же рулить налево. А слева от опоры растут высо-о-окие деревья. В общем, два параплана рядом там не пройдут, да еще надо не задеть снежный «бруствер» внизу.<BR>Тем не менее, улетели все, некоторые даже по два раза.<P>Теперь о программе. Выйдя на исходную позицию, пилоты должны синхронно сложить уши, потом потереться ушами, сделать серию винговеров из четырех качков, сложить «бабочку» и войти спираль. В завершение программы предлагалось касание мишени на склоне (не роняя купола) и посадка на точность.<BR>Условия для соревнований по пилотажу в Красной Поляне просто «идеальные». Весь полет с выполнением программы занимает 10-12 минут. Перепад высот с третьей очереди составляет более 900 метров, но полет проходит над не очень крутым склоном, и реальная высота большую часть полета не превышает 200-300 метров. Если не дергаться, можно иметь запас высоты максимум метров 500. Наличие запаски, конечно, успокаивает, но густой высокий лес внизу не допускает и мысли об ошибке.<P>Героями дня стала команда «ASA» - Кушлевич и Острецов, единственные кому удалось стартовать вместе. Остальные зарабатывали очки для команды сольными выступлениями. Программа та же, за исключением необходимости тереться ушами. Сами понимаете – и рады бы, да не с кем. Хотя и Кушлевичу с Острецовым не удалось это упражнение, слишком далеко были они друг от друга.<BR>Взять обе мишени смог лишь один Пиф. Посадка на точность удалась многим.<BR>Довольно весело у Алексея Школина прошла «бабочка». Многие уже предвкушали увлекательный процесс съема купола с деревьев.<BR>Некоторые откровенно халтурили. Сергей Костромитин, наученный горьким опытом, решил не расставаться со сноубордом – с ним за спиной и прилетел. Очевидно, рассчитывал на баллы за артистизм. Слава Ворошилов, не утруждал себя пилотажем, но весьма эффектно зашел на посадку и точно поразил мишень.<BR>В завершении неугомонный Ершов в третьем за день (!) полете продемонстрировал отличный «вертолет».<BR>Судили соревнования местные пилоты тандемов. Мы не без гордости показывали другим экстремалам нашего Главного судью. Незадолго до этого Андрей Сизов сломал ногу и передвигался на костылях, с аппаратом Илизарова.<BR>Удачному дню пилоты воздали должное в «Мюнхгаузене», где раззадоренные полетами и напитками скоренько набросали произвольную программу пилотажа на завтра. В названиях не стеснялись, вписали все что знали. Шорохов просил п-п-перен-н-нести утверждение «этого» на утро. Дабы набраться сил перед трудным вечером, все отправились в «Горные вершины».<BR>А вечер в «Мюнхгаузене» оказался действительно непростым. В баре собрались все «Экстремальные игры». Битые бокалы, танцы на столах, да еще Кушлевич разгулялся и прилюдно сорвал с Пифа трусы. Пора было возвращаться на базу. Но и там народ еще долго не мог угомониться.<P>День шестой.<P>15 декабря в 8 часов все сидели в автобусе. Я серьезно!<BR>«Мюнхгаузен» встретил нас сломанной дверью. Небо было затянуто облачностью на высоте 200-300 метров. Стало ясно, что сегодня «ясно» не будет.<BR>Но летать хотелось и, отмаркировав на GPS бар «Мюнхгаузен» я решил подняться наверх. Неутомимый Пиф, уже получивший от такого же неугомонного фрирайдера Мэтью прозвище Energizer, поехал вместе со мной. GPS у него не было, но Пиф надеялся лететь за мной. Репутацию человека, который сначала делает, а потом думает, Паша подтвердил уже на третьей очереди канатки. Едва мы уселись на креселку и немного отъехали, Пиф выронил свой рюкзак с парапланом. «Ой, бля-я-я» - только и слышал я от Ершова, уже сиганувшего вниз. Высота там была примерно 6-7 метров. «Что-то очень долго я лечу» – успел подумать тогда Пиф, но воткнулся в девственный снег по самые подмышки.<BR>Погода намекала на бессмысленность нашей затеи. Снег валил так, что иногда с креселки не было видно деревьев ни слева, ни справа. Выйдя на старт, канатной дороги перед собой мы не увидели. Но снежный заряд прошел, и можно было лететь. Ветерок приветливо задувал в лицо, однако первая попытка закончилась провалом в сугроб. Во время второй я позорно упустил клеванту. Пиф, неудачно стартовавший сразу же за мной, был весьма благодарен этому проколу, так как лететь ему пришлось бы без каких либо ориентиров.<BR>Только в третий раз мы хором ушли со старта. Перевалив через «бруствер» увидели сквозь легкую дымку Красную Поляну. GPS не понадобился. Потешив себя и зрителей винговерами и спиралями, на небезопасном расстоянии друг от друга, мы честно доложили остальным пилотам летную обстановку. Народ похватал купола и двинул наверх. Шустрый Ершов и меня подбивал на эту авантюру, но кроме кружечки пива ничего более я не желал. Паша взял коньяк и ненадолго угомонился.<BR>Через полчаса на креселке вернулись обратно снежные сугробики. Радостный Пиф цинично интересовался у сугробиков состоянием погоды. Сугрбик-Матусевич обласкал Пашу нехорошими словами и принялся разводить огонь в камине.<BR>Стало ясно, что соревнования закончены. С первой открытой бутылкой водки старт автоматически закрывался. Что творилось с погодой потом! Густой снегопад со шквальным ветром, направление которого определить было невозможно. Даже отъявленные экстремалы поспешили укрыться за стеклом уютного «Мюнхгаузена». Запахло продолжением вчерашнего беспредела.<BR>Это был крайний вечер «Экстремальных игр» в Красной Поляне. Говорят, такой вакханалии «Мюнхгаузен» еще не видел. Кушлевич предусмотрительно остался на турбазе, но это не спасло Пифа от потери последних трусов. Их сорвал питерский фрирайдер, когда Паша призывно вытанцовывал на балке между этажами. Весь бар имел возможность полюбоваться крепким задом чемпиона Москвы. Битой посуды прибавилось, а танцевали уже на всех столах. Остается удивляться невиданной терпимости добрых хозяев этого чудного заведения.<P>День седьмой.<P>Дисциплина, прежде всего! В 8 утра автобус был полон. Только Пиф, оставшись без нижнего белья, был вынужден уехать домой.<BR>В крайний день по программе были показательные полеты. Однако организаторы заверили Шорохова, что после вчерашнего «праздника» парапланеристы могут уже ничего не показывать.<BR>Наверху были прекрасные условия для старта. Легкий встречный ветерок, укатанный склон. Один за другим купола уходили в чистое небо. Мне же пришлось ждать, пока телевизионщики прицепят ко мне камеру и любоваться стартами других.<BR>Определенно, это был не день Матусевича. Споткнувшись первый раз, Матута решил уходить задним стартом. Казалось, третья попытка позволит Игорю взлететь, но когда он развернулся, перед ним оказалась хорошенькая лыжница. Желание спасти хрупкое создание от столкновения закончилось креном купола вправо. Не успев взять телефончик, Матута, все же взлетел. Но ему не хватило 20 сантиметров высоты, чтобы перелететь через коварный «бруствер». Пропахав подвеской в снегу борозду длиной метра 4, Матусевич остановился на самом краю. Кажется, лишь на пятый раз третья очередь отпустила пилота. Немного позже какая-то девушка, едва не повторила подвиг Матусевича. Но, изящно чиркнув подвеской по кромке «бруствера» неизвестная улетела.<BR>Кушлевич порадовал «точным расчетом». Решив взбодрить пассажиров на канатке, он хотел пройти от них метрах в трех. В крайний момент Кушлевича просадило, и маэстро едва не втюхался подвеской в кресла с лыжниками. Офигевшие фрирайдеры так и ехали до конца с вывернутыми шеями, вцепившись в креселку.<P>Телевидение появилось, когда начался конкретный «слив». Пришлось объяснить оператору (он летел в тандеме с местным пилотом), что теперь уйти вместе нам вряд ли удастся, тем более что тандем стартовал на лыжах. Оператор не возражал, и ко мне приладили видеокамеру, крохотный объектив которой закрепили на малье первого ряда. Попросив повыделываться ради эффектных кадров, оператор улетел. Я тоже должен был улететь с ними, но двух попытках стыдно вспоминать. До отправления автобуса оставалось полчаса. У меня оставался крайний шанс успеть на него. А тут еще спасатели провезли в своих «саночках» накрытое брезентом тело поломавшегося лыжника. Оттуда пора было улетать.<BR>Третья попытка была, как говорится от души. Когда оставалось лишь бежать, я провалился в рыхлый снег и, перевернувшись, поехал вниз на спине. Купол, тем не менее, удалось удержать, и взлетел я вперед спиной. А впереди, в смысле сзади, если вы помните, находится креселка. Развернулся я сразу, как раз перед тросами канатки. Светило солнышко и жизнь налаживалась. Качая винговеры поближе (чего не сделаешь для кино) к потрясающим заснеженным кронам деревьев, я испытал великую радость, когда добрался до посадки без проблем.<BR>Еще вчера зелененький склон у подъемника, благодаря обильному снегопаду стал белым. В придачу было воскресенье. Местное население заполонило наше обычное место посадки, катаясь на всем, что может катиться со снежной горки. Наверх никто из них, естественно, не смотрел. Едва не сбив какого-то саночника, я сел. Купол был еще наверху, а я с ужасом наблюдал как слева и справа, со свистом проносятся «Чуки и Геки», санки и прочий кошмар. Спасибо ребятам из МАИ, подоспели вовремя и быстренько помогли убрать параплан с этого жуткого места.<BR>Оператор отцепил свою камеру, и умчался снимать награждение. Что там удалось отснять в полете, увидеть нам уже не довелось (думаю, что акробатика на старте должна смотреться, если не потрясающе, то уж точно смешно).<P>Призы были розданы, соревнования закончены. Маханув напоследок пивка, расстроенные отличной погодой мы отправились в «Горные вершины» собирать свои манатки.<BR>Уже по дороге в Адлер стало ясно, что народ устал. Водка шла как-то вяло. Но на вокзале все оживились и бросились делать запасы в дорогу. Рекомендую, в магазине справа перед вокзалом торгуют местными винами на разлив. Заправившись сухим и портвейном, мы стали таскаться по платформам, в надежде найти наш поезд.<BR>Странно, но скорый «Адлер – Москва» подали на перрон только через 30 минут после его отправления. Уже на посадке стало ясно, что с проводником нам «свезло». Как этот армянин со своим сволочным характером дожил до пятидесяти совершенно не понятно. Взбодрившись перебранкой с этим несчастным, экстремалы принялись скрашивать дальнюю дорогу, чем Бог послал.<P>День восьмой (он же девятый и крайний).<P>Утро началось с прихода сержанта, которого вызвал подонок-проводник в ответ на просьбу не топить как бане. При 25 градусах мороза на улице в вагоне было градусов за тридцать выше ноля. Мент рявкнул, что не стоит наезжать на проводника, и посоветовал ему, если еще будут претензии - «Вырубить им все отопление на хрен!». Вагон, измученный невыносимой жарой ответил воплем «Ура!». Но заслуженный железнодорожник до самой столицы как черт шуровал кочергой у топки так, что батареей мы пользовались как тостером для булочек с изюмом, и разогревали на ней холодную курицу.<BR>Сама мысль о водке в таких условиях была невыносима. Утешать себя приходилось припасенным портвейном, да холоднющим пивком с попутных станций. Так, за разговорами и воспоминаниями о критических днях прошли полтора дня дороги до Москвы. Разве что иногда раздавались беспомощные стенания проводников, по поводу дремучей тупости пассажиров. А мы, притомившиеся, но довольные уже и не спорили.<BR>Крайнее, что услышали участники 18 декабря на перроне Курского вокзала, было бодрое «Господа, я вас поздравляю!» от Шорохова. А значит еще похулиганим. И на земле, и в небе! <P>wisky.<P>P.S. Так или иначе, соревнования были разыграны. По своим ощущениям могу с уверенностью сказать, что выдуманная в поезде программа соревнований вполне выполнима. Только для этого требуется реальное мастерство каждого пилота и хорошая слетанность команды.<BR>Результаты соревнований на www.topnavigator.ru
Still X-Man
Гость
24 Янв 2002
Re
Читаешь и понимаешь, как же хочется жить, летать, и веселиться...<BR>

  Архивы X-Ocean. Курилка, Юмор, байки Соревнования по пилотажу в Красной Поляне.



Перейти: