Игорь Волков. Две стороны утра.

Игорь Волков

Утро не всегда бывает утром,
И порой рутину дня
Разрывает белая забота
Думать и мечтать, любить тебя!
Беззаботно время, словно четки,
От рассвета перебрало сны.
В этих снах одно большое утро,
И со мною в это утро ты…

Я просыпаюсь… В окне смеется сияющее лазурью небо. Зеленые ели лениво шевелят мохнатыми лапами, загоняя в комнату новые порции звонкого горного воздуха. Просыпаюсь…
Мир улыбается мне, я улыбаюсь миру. Сердце замирает от накатывающего волнами счастья. Почему? Неужели такое бывает и случилось?! Я люблю и это не сон. Я люблю!!!
Будто стальная пружина подбрасывает меня к потолку. Уап-таба-дуба! Пора вставать! Подъем, братья-пилоты, погода улетная! Ласты в небо!
Бодро подскакивая, лениво мыча, притворяясь спящими и кидаясь подушками, моя команда просыпается. Тесная кухонька озаряется смехом восьми человек, а радиостанции «домбайской сотовой» вторят нам дружеским многоголосьем. Просыпаемся…
Утро правит юным днем, и никто пока не знает, что сегодня наша группа полетит в Теберду, уверенно работая в потоках и поддерживая друг дружку. Еще не было лихих наборов, отчаянного штурма тебердинской горловины, ювелирных посадок на русло и на финиш. Вадим еще не спускался по горной реке из тупика бокового ущелья, а я даже не думал, что, поджидая команду на вершине четырехкилометрового потока, буду пытаться разглядеть девушку, подарившую мне все краски жизни. Великолепие полета, молчание снега и шепот звезд, связанных обаянием вечера и очарованием ночи. Все это впереди, как и многое другое, как и счастье нового утра…
Я просыпаюсь… Пыльный луч хмурого солнца стучит в окно. Всеми силами пытаюсь не замечать его и уйти снова в мглу сонного ничто. Нет! Нет!!!… Но я проснулся, и мутная река желтой тоски безжалостно окатывает все мое существо.
Давно смыты краски бесцветного мира. Привычно ноет в груди. А на вопрос почему, даже не хочется отвечать. Потому что ты был счастлив…
Безвкусный завтрак. Рутина дня. И лишь работа и друзья немного отвлекают от дурацкой желтой реки истоки которой я знаю, а вот конца никак не найду…
День первый. Отлет.
Просыпайся! Игорек, вставай! Желтый ручеек мгновенно перегорожен плотинкой дружеского участия. Глаза видят бодрую физиономию Вадима, уши слышат веселое бормотание чайника, а рот сам расплывается в ответной улыбке. С добрым утром!
Итак, я просыпаюсь, и вполне пора познакомиться. Как вы уже догадались, зовут меня Игорь. Фамилия лесная — Волков. Родился в Вильнюсе, а по сему гражданин Литвы. Учился в Харьковском авиационном институте, с чего имею совершенно красный диплом и забавное, при моем гражданстве, звание лейтенанта ВВС Украины.
На счетчик жизни намотано двадцать шесть лет, из которых двадцать мечтал летать, а шесть летал и учил летать на параплане. Живу в стольном граде Москве, руковожу летной школой, летаю, иногда испытываю парапланы, имею замечательных родных (далеко) и друзей (везде), и поэтому склонен считать и ощущать себя счастливым.
Вадим — мой друг, у которого я поселился на летний период. Замечательный человек, сочетающий в себе ипостаси пилота, яхтсмена, студента и верного товарища. Сегодня мы разъезжаемся. У него яхты и полеты на Кавказе, у меня Испания… и ??? Так что в сие доброе утро обсуждалось множество проблем, а попутно собирался мой рюкзак.
Вы когда-нибудь собирали рюкзак? Если да, то знаете, если нет, то поверьте, что вещей обычно значительно больше чем можно взять. В моем случае все скудное имущество должно было летать над испанскими горами в подвесной системе параплана — и это изрядно осложняло ситуацию. Из груды необходимого было выбрано самое необходимое, а из него самое-самое. Получилось увесистое сооружение, напоминающее рюкзак и грозившее перевесом в аэропорту.
Ласточка (моя машина — восьмерка-умница) мчит нас по кольцу. На дмитровке высаживаю Вадима, ему в яхт-клуб. Прощаемся. Попутного ветра на яхтах, удачных взлетов и посадок на парапланах. Вадимкин велосипед тает в зеркале заднего вида. Спасибо, друг. Ты так помог мне, и даже не представляешь, насколько обмелела желтая река.
А она рядом. Как мелодия из радио. «Ты где то там, за горизонтом, ты где то там, где тепло и легко.» В Домбае она звучала по-другому, отражаясь в смеющихся глазах. Сейчас же нога сама жмет на педаль акселератора. Ласточка бросается вперед, ползут стрелки на циферблатах. Взвывает ветер, и острое прикосновение скорости, опасности мгновенно отрезвляет. Дурак! Не мучай машину, если не умеешь. Вечером ты отправишься в свой мир гор, неба, полетов. Один на один с красотой и силой природы. Чтобы успокоится, чтобы разобраться…
Москва провожала дождем и пробкой на ленинградке, из-за которой я чуть не опоздал на рейс Москва-Мадрид. Роняю рюкзак на весы и мило улыбаюсь девушке-регистратору. Двадцать восемь килограммов! Попытки «поделить» вес с соседними пассажирами пресечены. Оплатить перевес нет ни времени, ни желания. По сему на мне оказываются тяжелые горные ботинки и шлем, а пилотская курточка набивается книгами, приборами и прочей мелочью. Взвешиваемся. Теперь девушка улыбается мне, за находчивость, и пропускает. На радостях, приглашаю ее учиться в летную школу.
Как разнообразен отлетающий люд! Беззаботно щебечет неугомонная группа ребятни. Хмурится каким-то проблемам бизнесмен. Суетливо озирается по сторонам семья отпускников. Я в этой компании выгляжу неординарно. Шорты, панамка, горные ботинки. Яркая куртка и шлем дополняют странный облик. Люди улыбаются. Они ведь добрые и я не хочу их видеть другими, хотя обстоятельства и водовороты жизни могут исковеркать самую добрую душу. Рядом сидит девушка с красивым, но холодным, скучно-манерным выражением лица. Маска безразличия прячется за туманом сигаретного дыма. Куда она летит? Зачем? Встряхнитесь люди, у вас впереди чудо — Полет.
Нас тряхнуло, и через несколько секунд голосок стюардессы сообщил о прохождении зоны турбулентности. Сам знаю, почему самолеты в полете крыльями машут. Через несколько минут «Ильюша» успокаивается и продолжает мирно глотать километры пространства.
Раздают напитки. Как интересно наблюдать за работой людей. Одни выполняют ее естественно, другие безразлично, а некоторые с любовью. Девушка, подавшая мне стаканчик яблочного сока, улыбается неподдельно. Ее улыбка летит, излучая хорошее настроение, радость. Спасибо, пожалуйста, ответные улыбки пассажиров. Салон освещается ими. Дарить радость. Хорошая работа. Люблю такую, поэтому и учу летать, переживая вместе с учениками и пассажирами счастье первых полетов, восторг осуществления мечты, гордость преодоления себя.
Ученики и учителя. Мы заранее связаны незримой ниточкой симпатии. Они благодарны за чудо полета, а я благодарен им за их желание летать и постигать это чудо. Полеты, экзамены, выпуски. Отношения складываются по разному, но сколько же верных друзей я обрел благодаря небу! Нам хорошо вместе в нашем чистом мире полетов. Спасибо вам ученики за счастье вас учить…
Мадрид. Таможня дает «добро» зеленому литовскому паспорту. Меняю деньги, получаю рюкзак. Зал пустеет, и лишь какая то встревоженная девушка носится по залу, роняя паспорта и билеты. Помогаю собрать бумажки и спрашиваю, куда же она так опаздывает. В ответ получаю сумбурную речь о паспортах, визах, России и. т.д. Все это сдобрено изрядной дозой виски из Дутти-Фрутти. Мне вручают сумку, и сгибаясь под тяжестью 28+20кг. я дрейфую к выходу. Читал я о таких способах знакомиться, вот только нужно ли мне это приключение? Процесс же идет молниеносно и без моего участия. Уже взят под ручку и прижат к теплому боку, уже выведен к такси. К счастью, тут до замутненного виски сознания наконец то доходит моя речь о полетах, горах и странствиях в стиле Ричарда Баха. Одиночество тактично не упоминалось, но его я получил, благополучно спугнув странную девицу, нежно чмокнувшую меня на прощание. Ух! Бывает же…
Дальше все шло буднично. Такси. Южная автостанция. Автобус в Педраиту шел только утром. Зато на автостанции оказались вполне уютные скамеечки на которых я и расположился. В сознании медленно угасал шум чужого города. Я засыпал. Без желтой реки…
День второй. Суета дорог.
Ныла спина, затекли ноги, промерз организм. Какая же это мелочь, если просыпаешься в приключении. За пол часа я успел познакомиться с группой приветливых испанцев, купить с их помощью билет и погрузиться в автобус.
Шумит испанский автобан. За окном разворачивается неизведанный мир незнакомой страны. Глаз привычно оценивает горы и горки, помогая памяти ворошить картинки прошлого…
…Совсем другой автобус, совсем другие горы. Но это были первые горы. Меня потрясла, ошеломила, очаровала красота Кавказа. Я читал, смотрел фильмы, слушал рассказы. Но чтобы так! Это не описывается. Горы надо почувствовать. И хотя время и привычка сгладили первые впечатления, все равно встреча с горами это ВСТРЕЧА. Может, поэтому все и случилось в Домбае? …
… Группа учеников разукрасила посадочную площадку яркими пятнами комбинезонов. Неуловимая стена кружащих снежинок скрывала все вокруг, вызывая шутливое беспокойство пилотов… «Вилли, ты куда нас привез? Лес как лес. А где же горы?».
Из пелены снегопада выныривает спортивная команда клуба. Дружеские обьятия, ритуальное потирание ушами. Вечно улыбающийся Юрка представляет девушку: «Знакомься, это Тамила». «Привет Тамила»,- и я естественным движением обнял и ее. Девушка как девушка. Приветливый, немного удивленный взгляд растворился все в том же снегу, а мы со Славой продолжили вещать ученикам о чудесах местной аэрологии.
На предполетной подготовке, на разборе полетов, на дискотеке, мелькало ставшее знакомым лицо. Знакомые незнакомцы… Если твоя половинка и существует в этом мире, то как же больно ошибаться в ее поисках. Я почти перестал верить в сказку Ричарда Баха, и жил привычной жизнью, в которой работа, полеты, друзья заменяли все или почти все. Мелькающие проблески надежды еле пробивались сквозь бастионы своих и чужих примеров, а я так бы и продолжал тосковать на гремящей музыкой дискотеке, если бы Тамила не пригласила меня потанцевать…
…Педраита! После кондиционированного воздуха автобуса 35 градусная жара оглушает. Центр маленького городка медленно плавиться в потоке зноя. Ни души. Достаю карту и GPS (спутниковую навигацию). Настала пора узнать, туда ли я попал, а то занесла же нелегкая Серегу Косторомитина совсем в другую Педраиту. Ввожу координаты стартовой площадки. Вот она, милая. Всего в пяти километрах на вершине вон той горы. Где же дорога? Доверившись инстинктам, двигаюсь к окраине городка.
А дорога оказалась на редкость ухоженная, хотя проверить ее пешеходные характеристики не удалось. Как по мановению волшебной палочки остановилась студенческого вида машина с двумя испанцами. Мы потыкали пальцами, повертели карту, поговорили на смешанном англо-испанском диалекте и пришли к замечательной идее — по пути. Втиснутый на заднее сидение вместе с рюкзаком, я уткнулся в экран GPS, выписывавшего сложную энцефалограмму горного серпантина.
Вершина впечатляла. Вниз уходили зеленые склоны, за спиной сверкали шапки следуюшего хребта. Вот только ветер… Воющий плотный поток швырял кусты и поигрывал пыльными вихрями на стартовой площадке. Летать нельзя. Будем ждать. Уютная пещерка прикрыла от холода, и под убаюкивающие завывания ветра снова потекли воспоминания…
…Что тогда играло? Не помню. Она прекрасно танцует, а я был очень рад поводу познакомиться. «У тебя был такой печальный вид…» Музыка. Глаза-улыбки. Цепочки слов, жестов, взглядов. Мы ушли вместе и, вместо короткой, выбрали длинную дорожку. Долго мерзли на мостике, прислушиваясь к друг другу. Под нами нашептывала свою бесконечную сказку красавица река, елки-исполины хранили ее покой, устремляя мохнатые верхушки в хоровод звездного неба. Очаровательное место. Не знаю, сколько пар поцеловалось на этом мостике, но засыпал я счастливым, отгоняя прочь глупые мысли. По крайней мере, одним другом в жизни стало больше. Засыпал счастливым…
…Так! Не спать! Ветер похоже не стихнет, а по сему, почему бы благородному дону не взять и не махнуть в Гранаду? Туда я первоначально и стремился для участия в этапе Кубка Мира. Но из-за опоздания в переводе стартового взноса на Кубок не взяли. Тогда и родилась идея побродить по Испании с парапланом, не связывая себя ни отелями, ни длительными стоянками. Педраита была первым пунктом, но так как погода нелетная, можно двинуться к следующей цели.
Мне везет. На первой же попутке преодолеваю 70 километров до городка Альмо. Следующую машину ловлю около часа. Улыбающиеся парень и девушка едут на отдых в какой то заповедник и согласны подвезти меня в сторону Толедо. Едем! И как едем! За рулем девушка и она ведет машину так, что порой дух захватывает. Виляем по серпантину, проскакиваем пыльные долины, по длиннейшему мосту пролетаем над огромным горным озером. Я бы ехал помедленнее…
…- Хочешь порулить? Передаю клеванты Тамилке. Огромный двухместный параплан подчиняется новорожденному пилоту и продолжает кружить над зеленой щеткой леса.
Мы летим! Где-то далеко осталась чехарда старта с купаниями в снегу, глотками разряженного воздуха и легким волнением Взлета. Мы ЛЕТИМ!!!

— Тебе не страшно?
— С тобой нет! Это прекрасно, потрясающе!

Ее глаза горят, впитывая картины пятого океана земли. Где то далеко внизу мелькают крыши поселка из которого разматывается вдаль загадочная улица тебердинского ущелья. Звенит рассекаемый стропами воздух, легкие толчки потоков покачивают крыло. Мы купаемся в солнечном свете. Я целую ее в смеющиеся обветренные губы, и забираю управление. Верное крыло послушно закладывает несколько пируэтов с перегрузками и невесомостью. Горизонт скачет вокруг, ворочая махины гор. Мы летим!!!
Стремительно растет коробка «Горных Вершин». Разворот. В метре проносятся ветви берез. На глиссаде. Торможение. Белоснежный ковер поляны останавливает свой бег, и я снова купаю Тамилу в пушистом сугробе.

— Спасибо! Ты подарил мне такое! Полет это…

Глядя на заснеженную девушку, я в последний раз пытался остановиться. Очень было страшно разочаровываться в этом чуде, которое неотвратимо накатывало. Забрался на старт, весь день купался в потоках, пытаясь спросить у высоты ответ на незаданный вопрос. А когда мокрый от перехода горной реки пилот вернулся из Теберды, он сразу же помчался к той, от которой меркла даже красота полета…
…Вечерело. Небо скинуло белесую шапку зноя, погружая мир в закатное спокойствие. Автострада ї401 изредка радовала шумом шин. Уже два часа я сидел у остывающей обочины, полной грудью вдыхая запах распаренных сосен. До местечка Сан-Мартинос 10 км., и их придется проделать пешком.
Солнце убегало… Когда же малиновый диск нырнул за склон, облака еше долго хранили его свет. Но вот и они погасли. А я все шел… Уютная полянка на окраине городка показалась раем. Раем и была. Там меня ждал ужин из жареной на костре колбасы, спальник на мягкой травяной постели, колыбельная сверчков и сладкий сон.
День третий. Гранада
Автостоп романтичен, но очень уж летать хочется. Город Сан Мартинос оказался маленьким и найти автостанцию не составило труда, и к вечеру я был в Гранаде. Штудируя карту, снимаю координаты кемпинга, который мне рекомендовал Сергей. Семнадцать километров. Вот только автобусы туда уже не ходят. Эх, романтики — авантюристы… Была — не была! Сажусь в городской автобус, и, сверяясь с GPS и картой, доезжаю до нужной окраины Гранады. Горы прекрасно видно, и где-то в 10 километрах искомый кемпинг. Но дорога? Прямо по курсу раскинулась мешанина предместий. Лабиринты кривых улочек не осилить даже спутниковой навигации. Однако делать нечего. Вперед.
Удача. Группа подростков на мотороллерах подбрасывает на несколько километров вперед. Езда на «бешеной табуретке» с рюкзаком — это что-то. Зато весело и не пешком.
Очень не вовремя садилось солнце. Местные жители пресекли безумную попытку свернуть в тупик, местный полисмен указал нужный поворот. Стремительно темнело, но я все же успел увидеть окраину Монахила, поселка с которого начинался серпантин искомой дороги.
Поселок мерцал огнями, а ноги почти не шли. Может, чудес на свете не бывает, но попутка в 12 часов ночи была. Добрые французские туристы подбросили до конца цивилизации.
Раз два, раз два. Под вибрамовской подошвой хрустит гравий дороги, распугивая оглушающую тишину ночи. Откуда то появляется и другой звук. Вкусное бормотание льющейся воды подгоняет лучьше допинга. Именно там на берегу ручья я и устроился на ночлег, раскатав спальник в уютной складочке склона, охраняемого лунной тенью завтрашней горы…
…Горы молчали боясь нарушить тишину утра. Яркие черточки парапланов медленно кружили в первых потоках. Тамилка вместе со мной встречает учеников, описывая круги вокруг посадочной площадки. Наверное, это тоже замечательно — скакать на лошадях. Вот только боюсь я их.
На четвертой очереди… Моя команда уже готовится к соревнованиям, поглощая чай с тортиками. Пора раставаться. На каких то 3..4 часа. На целых 4 часа! «Хорошо слетать. Покажи им всем!» Ее улыбка согревает перед холодным ветром полета.
…Старт. Потоки. Сквозь хоровод снежных вершин я несусь к поворотному пункту и назад к финишу. Пугаю туров, здороваюсь с орлами. Это великое чувство, когда тебя ждут на финише…
День четвертый. Поиск.
Холодно же было!С дрожью вспоминаю минувшую ночь, греясь в лучах взошедшего солнца. А греет оно настолько хорошо, что решаюсь на подвиг — купание в горном ручье. Здесь самое главное — настроится и погромче кричать. Не знаю, что подумали местные жители о диких воплях с гор, но через пять минут я был чист и немерянно бодр.
Все выше и выше. На GPS уже 1200 метров. Хитрая лента дороги выходит на финишную прямую и случается очередное чудо. Из пыли материализуется местный фермер, чье гремящее бидонами авто подбрасывает до искомого кемпинга.
Ну и что? И где здесь летают? Вокруг сплетение склончиков, обрывающихся в ущелье. Местные жители тычут пальцами в какую то кочку. Для Москвы шикарно, но для Испании? Делать нечего. Карабкаюсь на склон.
Дорога проложена весьма удачно. Ветви, усыпанные спелыми черешнями, свисают почти до земли. Проблема с обедом решена.
Вид со склона впечатляет и тревожит одновременно. Не привык я летать в таком месте один. Где же этап Кубка. Где спортсмены? Ну Серега, Ну Сусанин.
Верное крылышко разложено. В подвеске разместилось все небогатое имущество. И-эх! И через несколько минут позора я вновь на земле, но на 200 метров ниже. Как здесь летать? На мое счастье, приземление произошло у отличной магистрали ведущей к горнолыжному курорту Сиерра-Невада, и уже через 10 минут попутка уносила меня дальше в глубину гор.
Как здесь летают!!! Огромный столб разноцветной мошкары выстроился над вершиной. Участники Кубка Мира уходили на маршрут. Эх, Серега! Знал бы я сразу куда ехать! А теперь поздно. От Сиерра-Невады к вершине вела пятикилометровая нить серпантина, и только к 5 вечера я добрался до опустевшего старта.
А может так и надо. Спокойно, без суеты. Чуть ниже вершины нахожу полянку, окруженную соснами. Мохнатые стражи закрывают от ветра. Под ними груды сухих веток. Идеальное место для ночевки на 2500 метрах.
Яркие языки пламени ласкают горящие ветви. Теплый уют света отгоняет мрак. Мягкие отблески порхают по хвое сосен. Где-то внизу мерцают огни городов. Мир под ногами, там же и вся его суета, беды, заботы. Как часто мы не ценим того, что есть. Куда то спешим. Живем завтра. А вот завтра будет то-то и то-то. Но завтра убегает, а сегодня кажется несущественным, обыденным. Оно ценится только когда становится «вчера». Так и живем стремясь в будущее, вспоминая о прошлом и забывая о настоящем…
…Костер горел, глотая случайные снежинки. Она менялась в отблесках пламени, а я не мог на нее насмотреться. Нам было хорошо и уютно вместе. Каким то непостижимым образом эта девушка стала родной, единственной и неповторимой. Мысли, слова, жесты. Все было милым, знакомым, естественным. Я не идеализировал, наоборот всеми силами старался найти недостатки, понимая, что идеальных на свете не бывает. Увы…
Любовь. Да именно это ни с чем не сравнимое чувство захлестнуло, понесло. Одно ее присутствие наполняло все великим смыслом, вводя жизнь в какой-то немыслимый резонанс. Мир сверкал вокруг, отражаясь в каждом из нас. И однажды вечером мы так и не смогли расстаться. Каждый миг казался совершенством…
…Холодало. 2500 метров не шуточка. А не сварить ли нам кофейку? В рюкзаке как раз имеется банка сгущенки. Ее содержимое переливается в пластиковую бутылку. Сосновая ветка, кусок стропы — и банка превращается в турку. Какое же это удовольствие пить кофе прямо с костра и любоваться огнями Гранады.
Пуховый спальник на мягкой травке. Параплан под голову, подвеску сбоку для защиты от ветра. Над головой проносятся спутники. Увидеть метеор. Загадать желание… Несбыточное…
День пятый Ожидание.
А ничего особенного. Накануне пилоты «вжарили» аж на 220 км и их собрали только к утру. У них день отдыха. Я же в таком месте один летать побаиваюсь. Горы не шутят…
…Ветер сдувал «флаги» с Белалакае. Поборовшись около часа в рваных потоках, я приземлился на старте. Команда поприземлялась внизу. Ну и правильно. Сильный ветер режет потоки, не позволяя набрать высоту. Опасно.
Голос Тамилки как музыка. — «Ты вернулся. Не летите?». И я не полетел, хотя упражнение оставили и многие пилоты полетели. Такое было впервые…
…Я не полетел и весь день путешествовал по вершинам Сиерра-Невады. Забрался на все три пика. Поиграл в снежки, слепил снеговика. «Все пройдет и это тоже» — без слов говорили горы. В душу возвращалось спокойствие.
Вечером на лугу паслись лошади. Я кормил их хлебом и фотографировал. Тамилка научила их не боятся. Они очень красивы. На 2500 метрах. На фоне заката…
День шестой. Разминка.
Пора летать. Старт расцветает цветками куполов. Здесь летают лучшие пилоты мира. Посмотрим и поучимся.
Небо над стартом забито сотней куполов. Куда податься? Взлет. Подхожу к подножью потока, пристраиваюсь к карусели набора. Вокруг десятки парапланов. Сейчас бы третий глаз. Пять минут набора выматывают как час наших соревнований. Сбоку складывается купол. Авторотация, раскрытие. Засмотревшись, пролетаю в метре от строп аппарата на встречном курсе. Внезапно тормозит сосед слева. Обхожу его консоль, пропускаю еще одного встречного, вылетаю из потока. Все. Нервы сдали. Садимся.
На земле спокойней. Но внутренний голос возмущенно вопит… «Ты же этого и хотел! Ах, страшно? Привыкай! Это тебе не ласточку гонять. Кушай свой адреналин!»
Возразить нечего. Собравшись с мыслями, взлетаю. Мощный поток позволяет догнать десяток отставших пилотов. С ними я и летел свой первый маршрут в Испании. Все было как полагается. Потоки, сливы, горы, равнина. С группой из трех пилотов приземлился близ города Гуадих. На автобане повстречал машину подбора. Так что возвращение происходило с комфортом, несмотря на назойливое общество линяющего дога.
День седьмой. Полет.
«The window is open.». Отчаянно завыла сирена. Рывок. Крыло наполнено. Склон поплыл под ногами. Летим.
С чем сравнить свободу неба? Да ни с чем. И хотя давно пора привыкнуть к ощущениям, все равно каждый раз великое чудо полета потрясает, радует, пьянит адреналиновой эйфорией.
А ведь когда-то давно замученный комплексами юноша-отличник стоял перед переплетением ткани и строп. Воющий ветер не позволял взлететь, но очень, очень хотелось это сделать. Авиамодели, авиаинститут, все это было лишь цепочкой шагов к мечте — ЛЕТАТЬ. И он полетел, а умница природа простила этот порыв. Ветер стих, и мягкая посадка завершила полет. Первый полет. А земля под ногами стала другой. Потому что юноша очутился в другом мире. Своем.
Та — Та — Та. Высотомер отсчитывает набранные метры. Нас три группы, пилотов по тридцать, и все набирают над южным склоном. Голова уже привыкла к работе на 360 градусов, а мозг постоянно анализирует траектории соседей. Руки чутко ведут послушный аппарат. Мы поднимаемся все выше и выше к клубящейся кромке облака.
Зачем мы летаем? Это такой же общий вопрос как и «Зачем люди живут?», «Почему человек любит?». Полет это одна из ступенек жизни. В нем можно познать небо. Прекрасное небо. В нем живут птицы, но природа пускает туда и нас — людей-пилотов.
Неважно кто ты в большем мире. В небе все равны. Здесь каждый осуществляет почти невозможное — летит используя невидимые нити потоков, повелевает воздухом. Так повелось, что в небе встречается очень много хороших людей. Это наш мир и он добрый.
Летим к первому поворотному пункту. Под ногами проплывают знакомые по пешему восхождению места. Над ними делаю еще набор высоты, любуясь голубым озером, запертым белоснежной плотиной.
Как долго я шел к таким полетам. Сквозь горечь травм, сквозь ошибки, неудачи, плохую погоду. Первые робкие наборы, короткие маршруты. Накопленное по крупицам мастерство и подарило свободу. Я упиваюсь ею, паря над вершинами гор. О сколькому еще учиться, о сколько еще неизведанно. Небо, ты, ты… Я тебя люблю!!!
Пройден первый поворотный пункт. 15 километров позади. Мы спустились к предместьям Гранады, и теперь предстоит сложный переход через горный массив к пункту 46.
Земля крутится в карусели спирали. Набор высоты, очередное чудо. Где-то внизу с душистого луга, прогретых скал, распаренного леса срывается поток воздуха. Прозрачная сила мчится вверх. На нее опираются птицы, на ней раскинулось яркое крыло параплана.
Виток за витком мы ввинчиваемся в небо. Спасибо земле за подарок: высоту-свободу. Встаем на переход к следующему ущелью.
Какое все маленькое. Огромный горный массив взят за четыре прыжка-перехода. Оставляя позади хитросплетение ущелий, мы выбираемся на просторы равнины.
Пилоты рассеялись по маршруту. Кто-то ушел вперед, кто-то отстал. Теперь при наборе вместе собирается 5..10 аппаратов. Мне так даже лучше, спокойнее.
55 километров позади. Второй пункт брали против ветра с сильной потерей высоты. Пилоты разбрелись по равнине в поисках потоков. Мой остаток высоты позволяет долететь до довольно перспективного холмика. И если потока там нет, придется приземляться.
Где же ты невидимая радость пилота? Купол дрожит. Первые толчки воздуха подхватывают крыло. Нули на приборе. Где же ты? Та…Та……..Та..Та.Та.Та!!! Вариометр взрывается трелью звуков, руки вводят параплан в вираж. Уже близкая земля снова уходит вниз. Стремительно открывается чаша горизонта. Это потрясающее чувство. Ушел! С предельно малой высоты! Летим. Летим дальше!
Вот она кромка облака — пушистика. Облака сегодня маленькие, добрые. Можно даже проскочить сквозь «космы», потрогать облако. Да стоит ли. До финиша 19 километров. Всего один набор и я там.
Под ногами «лунный пейзаж». Изьеденные эрозией склоны напоминают гигантский мозг. Очередная извилина этого монстра награждает меня потоком. Спасибо тебе, безызвестная черточка ландшафта. Сегодня ты помогла мне. Спасибо. Неужели долетел?
Финиш!!! Первый раз 86 километров с лучшими парапланеристами мира. Восторг переполнял пилота оказавшегося над пыльным финишным полем далекой Испании. Стропу вниз. Параплан ныряет в стремительную глубину спирали. Перегрузка, свист воздуха, ставшего тугим и упругим. Поля сливаются в яркий желтый вихрь. Мир ликует, свистит, кружится. Я на финише. Я долетел!!!
Сбор парапланов, тусовка пилотов, возвращение в веселом автобусе. Все это милые дополнения к чудному дню. Провожая солнце у костра среди родных Сиерра-невадских сосен я благодарил мир за этот подарок. За полет.
День восьмой. Испытание.
Солнышко щекотало обожженный нос, призывая проснуться. Как хорошо открыть глаза и увидеть веточку сосны, всю ночь заботливо прикрывавшую от холода горного бриза. Кофе на костре, купание в фонтане, и на завтрак в бар.
У бара вижу знакомого пилота. Вчера я помог ему снимать параплан с персика. За работой, болтая на сложном диалекте, напоминавшем английский язык, мы выяснили имена друг друга и то, что он с Мексики, а я из России. Пилот улыбается, призывно машет рукой, и через минуту в руках оказывается мартини с соком…
…Устав от танцев я присел за столик и любовался Тамилкой. Как может быть гармонично человеческое тело, если им умело владеть. Подошел знакомый лыжник, отвлек разговором, и тут подходит Тамила, обнимает, целует и ставит стаканчик. Мартини с соком. То что я люблю. Взглядом я наверное смог сказать все что хотел, потому что видел ее глаза. Напиток, мелочь о которой я, вероятно, проговорился. Но мелочи иногда так много значат… Это был наш крайний день в Домбае, и последний день того лучистого безоблачного счастья которое нас окружало…
…Небо хмурилось. Облака стремительно росли. Метеомен выдал суперпрогноз, а судьи поставили супермаршрут 255 километров. Оживленная сверхзадачей пилотская братия бросилась готовить снаряжение.
Мне улыбаются. Некоторые пилоты узнают забавный «цветноухий» аппарат и подбадривают фразами типа: «Хорошего полета, мы удачно работали вместе вчера». Я улыбаюсь в ответ и готовлюсь.
Взлет. Набор. Сложный переход. Встречный ветер быстро съедает запас высоты. Противоположный склон ущелья прохожу всего на 50 метрах. Высоты. Высоты мне!!!
Как назло потоки слабые, и с набором сильно сносит в ущелье. К следующему хребту некоторые пилоты приходят настолько низко, что вынуждены приземлиться. Нужен мощный поток.
Гребень плюется пузырями воздуха. Почти весь запас высоты растрачен на поиски. Ниже гребня ухожу в сторону Гранады и… есть! Сначала слабым поддерживающим дуновением, а затем мощной струей поток выстреливает меня под кромку облаков. 3000 метров. Теперь хватит.
Три параплана прорываются сквозь ущелье. Над центром долины еще один поток. Резкий, жесткий. Идут забросы до 7 м/с. Удар! Две трети параплана повисают безвольной тряпкой. Компенсация, раскрытие. Удар! Середина крыла проваливается. Раскрытие. Уходим! Опасный поток. Еше сложение. Уходим!!!
Опять ниже гребня. Сосед по предыдущему потоку тоже складывался и пропадал ниже меня. Похоже он что то нашел. Так и есть, устойчивое сильное течение уносит ввысь. Пересекаем гребень. Горы пройдены. Равнина. Свобода.
Вовремя ушли. Облачность растет и сплошные пятна теней блокируют предгорья. Мы еше успеваем их пройти, если найдем поток, вон у того городка, на запятой озера…
…Облака растворили горы в сплошной пелене белых снежинок. Уехала… Домбай изменился. Больше не рассказывала сказок река. Лапы елей уныло обвисли под тяжестью снега. Лишь в пилотском гнезде царила прежняя атмосфера. Меня толкали, бодрили, кормили, и даже напоили. Тщетно. Всю ночь мы с Юркой провыли на луну, а утром я оставил соревнования и уехал. Потому что не мог быть здесь без нее.
Я спешил на самолет, мечтая о встрече. Белоснежный мохнатый свитер одуряюще пах ее духами. Машина летела к Мин. Водам, сами по себе складывались стихи. Пелена облаков стремительно таяла, выпуская теплое солнышко. Как обычно, казалось, что это навсегда…
…Сто метров над рельефом. Слабый поток поддерживает над остатками солнечного пятна. Медленно, спираль за спиралью я глажу его, пока не нахожу устойчивый центр. Зацепился. Теперь бы набрать побольше. А поток какой то странный. Широкий, спокойный. Нетипичный…
…Любовь перевернула мою жизнь. Все стало с ног на голову, привычное летело в пропасть, но так было нужно. Ее удивленный голос: «Ты приехал? Уже? А как же соревнования?» А мне хотелось кричать в ответ, что им не сравняться с возможностью подарить ей букет на 8 марта.
…Она выпрыгнула из поезда метро все в том же домбайском обличье. «Ты совсем не изменился» — сказали мы хором. Казалось что да. Вечера вдвоем , ужины при свечах, радость утренней улыбки. Мы неслись в хороводе жизни, неслись к началу конца…
…Так, 3000 метров. Достаточно, теперь бы вырваться из этого облачного капкана. Кучевка срослась, образовав сплошную полоску, отделившую меня от спокойного неба равнины. В горах похоже вариться гроза, но в предгорьях пока все спокойно. Прорвемся.
…Прорвемся! Я старался не замечать, что она стала избегать встреч. Уже знал, что чувства друг к другу несколько разные, но гнал эту мысль. Она не хотела меня обманывать, отвечая на мою любовь чем то менее значимым. Я не хотел в это верить.
Мы съездили ко мне на родину. Бродили по извилистым улочкам Вильнюса, слушали песни дюн на Куршской косе. Природа старалась как могла. Светило солнце, мы завтракали с видом на лебедей, наслаждаясь красотой Ниды. Почти идилия. Но по небу жизни уже бежали облака тоски. Я понимал что теряю ее. Это была агония счастья…
…Неожиданный поток мгновенно выбрасывает к кромке. Клубящиеся космы начинают отсекать землю. Решение!!! Экстренный сброс высоты или выход по прямой?! Но я с таким трудом набирал высоту. Скороподъемность пока невелика, да и до кромки выхода осталось каких то 500 метров. Прорвемся.
Серая мгла скрывает землю. Вопреки всем пилотским правилам я вхожу в облако. Пока все спокойно. Поток кончился. GPS уверенно показывает курс выхода. Кажется пронесло. Еще минута — две и будет кромка…
…Все произошло довольно буднично. Несколько разговоров расставили точки над и. Мы продолжали гулять вместе, ходили в театр, третьяковку. Тамилка хотела сделать все как можно менее ранимо для меня. И ей бы это удалось. Не люби я ее.
Мир померк. Море тоски, сдерживаемое плотинкой надежды, хлынуло огромной желтой рекой. Я знал что нужно время, но как же медленно оно шло. А вечера, эти страшные вечера в пустой квартире. Не хотелось ничего. Страшное слово НИЧЕГО.
Друзья, звонки родных, работа, все это отодвигало тоску, но стоило остаться одному, и безжалостный желтый поток сносил жалкие плотинки, и топил, топил в безысходной мысли: «ЭТО ВЕЛИКОЕ ОБРЕЧЕНО»…
…Удар!!! Циферблат прибора чернеет и … светлеет. Аналоговый индикатор зашкалило. Цифровой осреднитель стремительно наращивает показания. Больше десяти метров в секунду. На осреднителе!!! Вот теперь попал. Ни В-срыв, ни запасной парашют уже не помогут. Осталась только спираль. Решение!!!
Параплан мотает в кипятке воздушных течений. Почти постоянно идут складывания, но мне как то удается загнать параплан в сумасшедшее вращение глубокой спирали. В глазах темнеет от перегрузки. Крыло швыряет, но пока перегрузка держит его. Мы ввинчиваемся вниз. Не могу взглянуть на прибор, но он не пищит, и это уже хорошо.
Удар!!! Дыхание перехватило. В глазах темно. Еле улавливаю тень параплана. Он где то под ногами и не контролируется. Видимо очередное воздушное течение было настолько сильным, что вышибло из спирали.
Пролетаю в метре от купола. Спираль вымотала меня окончательно. В голове звон и туман. Медленно, слишком медленно прихожу в себя. Заикающийся прибор опять зашкалило. А избиваемый цветок параплана продолжает затягивать в клубящийся свинец грозового облака.
Пытаюсь выйти по прямой. Нужно держать курс по, GPS, но нас вертит быстрее чем успевает отследить прибор. Параплан почти не управляется. Порой 5..10 секунд мне удается держать нужное направление, а потом все плывет в водовороте потока.
Сковывает руки. В чем дело? Холод. Я уже на четырех тысячах метров, а по стропам на комбинезон стекает сконденсировавшаяся вода. Беречь руки. В кармане системы лежат перчатки. Бросаю управление. Только бы не уронить. Комбинезон теплый, выдержит долго, а руки! Непослушными от холода пальцами натягиваю перчатки. Они мгновенно покрываются корочкой льда. Вот и до обледенения добрались.
Как тяжело держать курс. Щепка в водовороте. Но я не щепка! «Щепка, щепка», — лениво отзывается глупая мысль. Какая то апатия наваливается на промерзший организм. Пять тысяч метров. Воздуха уже не хватает. Гипоксия — вот от чего апатия. А все равно. Хорошо что три дня жил на вершине. Какая — никакая а акклиматизация. Шесть тысяч еще выдержу , а дальше засну. Говорят что первый признак — нарушение цветовосприятия. Какого цвета купол? Как небо, синий. Какого цвета небо? Зачем вокруг свинец? Где я?!!!…
…Самое страшное апатия. Мне многое стало все равно. От этого чувства я сбежал на Чемпионат Литвы. Добрая обстановка пилотской братии подлечила душу. Но главное появилась возможность поехать сюда, в Испанию. Это путешествие многое дало. Горы вы великие лекари. Тоска сменилась спокойной грустью. Спасибо вам горы, Я снова живу. Я летаю!!!…
…Погибаю. Глупые мысли снова вертится в мозгу. И ведь не страшно ни капельки. Глупо — да, но не страшно.
Игорь! Проснись! Ты что сдался?! Выбирайся! Держи курс! Пускай не поможет, пускай заснешь, но шанс лишь в этом, а не в слезливом пускании пузырей. Курс!!!
Весь мир сузился до экрана маленького приборчика. Восемь спутников из далекого космоса. Восемь ниточек информации. Городок Гуадих метался по экрану, а я ловил его. Это не управление — я хлестал бедное крыло клевантами, думая лишь об одном. Удержать курс выхода 90 градусов. На Гуадих. 90 градусов.
Что это? Почему тишина? Или я оглох от гипоксии? Или? Прибор застыл. Пять тысяч восемьсот метров. Есть снижение! Держать курс!
Двенадцать метров в секунду. Мы почти падаем, но это вниз. Вниз к земле! К Гуадиху.
Свет. Свет!!! Яркая вспышка солнца. Безумная синева неба. Слепящая белизна облаков. Все это оглушает после свинцовой мглы. На комбинезоне и параплане сверкает тающий лед. Под ногами земля. Милая, теплая, ласковая планета. Выбрался!!!
Я спустился на 3000 метров и поскакал дальше по улочке потоков. А когда через два часа уперся в новый блок облаков, приземлился. Впереди целая жизнь и в ней столько хорошего.
И остальные дни…
В тот день я не вернулся в Сиерра-Неваду. Завтра у спортсменов день отдыха, а летать в горах одному не стоит. На попутке добрался в Гуадих, который и был путеводной точкой на экране GPS Славный городок.
Вечерний автобус довез до Мадрида, утренний до Педраиты. Симпатичные студентки — геологи подвезли на вершину. Местные пилоты оказались на редкость гостеприимными. Показал им прибор с вчерашним полетом. Вся компания смотрела на меня как на выходца с того света.
Обедали, готовились к полетам. Меня успокаивали, говорили, что в Педраите таких облаков нет. И действительно. Мы чудно полетали в спокойных потоках, дружно слетав до перевала и обратно. Ночевал я на вершине. А когда утром небо заволокло перьями облаков и задул ветер с склона, я почувствовал — пора домой. Приключение изжило себя. Кончилось. Пора домой.
С полсклона слетел вниз. С попуткой повезло, да еще как. Испанец — альпинист подвез не только до Мадрида, до аэропорта! Мир добрый, если на него по доброму смотреть.
Аэропорт кипит жизнью. До самолета 12 часов. Ничего не заканчивалось. Все еще только начинается. Жизнь — это большая спираль, каждый виток которой — ступенька вверх.. Меня научили любить Я верю, что найду ее. Где-то среди восходящих потоков судьбы меня ждет мое Солнышко. Меня научили любить. Я верю. Я найду…
Мадрид. Июнь 2000 г.

Добавить комментарий